Читать книгу - "Волк и Алёнка [+Бонусная глава] - Лена Анатольевна Доронина"

потому что ты первый, кто действительно захотел меня защитить. Не обмануть. Не использовать. Просто… быть рядом.

Его плечи немного расслабились. Он медленно повернул голову, следя за прихожанами, выходящими из церкви.

— Иногда я думаю, что тебе лучше бы не знать меня, — сказал он. — Что чем меньше ты понимаешь, тем безопаснее для тебя.

Я улыбнулась, вспоминая день, а точнее, вечер приезда:

— Я поняла, что безопасность мне точно не грозит, когда приехала сюда и вышла из электрички.

— Ты знаешь, — начал Егор неожиданно, — раньше я думал, что больше не часть стаи под названием люди. Что не принадлежу к их числу и должен держаться от них подальше. Что чем меньше связей, тем меньше боли.

— А теперь? — спросила я.

Он посмотрел на меня. Его взгляд был не таким, как раньше — в нём больше не было тени. Только живой, человеческий интерес.

— Теперь я думаю, что ты — исключение, — сказал он.

Я почувствовала, как щеки начинают гореть.

— Ты умеешь говорить красиво, — улыбнулась я.

— Не умею, — покачал он головой. — Просто стараюсь быть честным.

— Спасибо, — прошептала я.

Егор кивнул. Затем вздохнул, будто принял решение.

— Я не могу дать тебе простую историю, — сказал он. — Но я могу дать тебе... себя. Какой я есть.

Это было не самое романтичное признание. Но от этого — ещё более настоящее.

— Что это? — спросила я, не отводя взгляда. — Приглашение встречаться?

Он замер. В его глазах мелькнуло удивление. Потом — осторожная радость.

— Если после всего, что ты видела, не испугалась, то да. — кивнул он.

— Я согласна. Особенно после всего, что я видела, — уточнила я.

Он усмехнулся уголками губ.

— Ты сумасшедшая, — сказал он.

— Возможно, — согласилась я. — Но зато моя сумасшедшая история происходит с тобой.

Мы снова замолчали. На этот раз не от напряжения, а от понимания. От осознания, что между нами больше, чем просто любопытство или страх.

* * *

Когда мы вернулись к мотоциклу, солнце уже почти коснулось горизонта, окрашивая небо в теплые тона. Он помог мне сесть сзади, и когда я обхватила его руками, мне показалось, что я слышу, как его сердце бьётся в том же ритме, что и моё.

— Держись крепко, — предупредил он.

— Обещаю, — ответила я, прижимаясь щекой к его спине.

Двигатель взревел, и мы покатили домой. Церковь, тот ручей в утреннем лесу, поля, даже ворона на заборе — всё стало частью нашей истории.

Но сейчас я думала только о том, как тепло его тело, как приятно и как невероятно ощущать его рядом.

* * *

Бабушка встретила меня на крыльце.

— Где ты была? — спросила она, как всегда, с лёгкой строгостью.

— Просто покатались, — соврала я, пряча улыбку.

— Покатались? — переспросила она. — Алёна, оладьи остыли, а окрошка, наоборот, уже нагрелась!

Я зашла в дом ощутив дикий голод.

— Да, — кивнула я. — Извини, бабуль, что заставила тебя волноваться. Просто Егор очень хороший рассказчик, я и не заметила, как время пролетело.

— Молодец, что не испугалась его, — сказала бабушка, и я удивлённо посмотрела на неё.

— Ты так хорошо знаешь Егора? — спросила я.

Она задумалась.

— Знаю, что он не такой, как другие, молчаливый. Но надёжный, — ответила она. — Но если он хорошо к тебе относится, то пусть будет.

Я улыбнулась, чувствуя, как внутри всё потеплело.

* * *

Ночью я лежала в кровати, не в силах уснуть. Мысли крутились вокруг Егора — его силы, его тайны, его запах, который остался у меня на коже.

Я встала и вышла на крыльцо. Луна стояла высоко, освещая двор мягким светом. Воздух был прохладным, но приятным.

И тогда я услышала.

Шаги. Мягкие, почти бесшумные.

Обернулась.

Егор стоял у кустов, прислонившись к дереву. Он наблюдал за домом. За мной.

— Ты что, караулишь меня? — спросила я, подходя ближе.

— Просто проверяю, что ты в безопасности, — ответил он. — И что ничего не случилось.

— Ничего не случается дважды, — улыбнулась я.

— Иногда случается, — серьёзно сказал он. — Но не сегодня.

Я подошла ближе. Он не отступил.

— Ты можешь зайти, — предложила я. — Бабушка знает, что ты хороший.

— Я не хочу её пугать, — усмехнулся он. — И тебя тоже.

— Тогда почему ты здесь? — спросила я, глядя ему прямо в глаза.

Егор сделал паузу. Его взгляд потеплел.

— Потому что не мог уйти.

Сердце заколотилось.

— Тогда останься, — прошептала я. — Хоть на минуту.

Он колебался. Потом сделал шаг ко мне.

— Я не самый лучший выбор, — сказал он. — Для девушки вроде тебя.

— Возможно. Но я уже сделала его, — ответила я, чувствуя, как дыхание сбивается.

Егор опустил голову. А потом вдруг наклонился ближе. Его ладонь коснулась моей щеки.

— Алёна… — прошептал он, и его голос был таким тихим, что я едва расслышала. — Я не могу быть хорошим парнем.

— Я не просила быть им, — ответила я. — Просто будь собой.

Он улыбнулся. Так, как раньше никогда не улыбался.

А потом поцеловал.

Не страстно. Не грубо. Тихо. Нежно. Словно боялся, что я исчезну, если он станет слишком близко.

Когда он отстранился, я почувствовала, как мир вокруг немного изменился.

— Ты остаёшься? — спросила я.

— Нет, — ответил он. — Я не могу. Но я буду рядом.

— Всегда? — уточнила я.

— Всегда, пока ты нуждаешься во мне, — ответил он.

Он ушёл, растворившись в ночи. А я стояла на крыльце, прижимая пальцы к губам.

Глава 15

Иногда ты становишься посредником в чужой войне, даже если сам пришёл с белым флагом.

Я проснулась на заре, когда даже самые первые петухи ещё досматривали последний сон. После быстрого завтрака я отправилась в церковь к батюшке, и отчаянно надеясь, что он уже не спит. Мне нужно было кое-что прояснить для себя, задать ему те вопросы, которые я не могла обсудить с Егором. Мне важно было поговорить до появления Егора.

Батюшка удивился моему раннему визиту:

— Проходи, Алёна. Я думал городские барышни любят поспать подольше?

Я улыбнулась:

— Батюшка, это от безделья. А у меня очень много дел!

Его брови удивлённо взлетели вверх, и он заинтересованно уточнил:

— Что же привело тебя в столь ранний час?

Пауза. Долгая. Как объяснить ему, зачем я здесь?

Я вздохнула и сказала, как есть:

— Я подслушала ваш разговор с Егором. Недавно. Случайно. Он рассказывал о давней ссоре, и говорил это с болью в голосе. Мне очень важно знать, что произошло? Я не могу спросить у него лично, понимаете?

Батюшка нахмурился:

— Я не могу сказать тебе, Алёна. Ты не обижайся, но любой прихожанин имеет право на то, что никто